Альтернатива

Друзья мои, я проповедей не читаю. (Во всяком случае религиозных.) И общаюсь с вами не как верующий, а как выпускник философского факультета, который со стороны смотрит на дела церковные. Но чтобы понять эти дела и изложить их суть, я должен оперировать понятиями православной парадигмы. Здесь личные ощущения и доморощенные теософские рассуждения не катят. Если кто не в курсе, то прямой, личной связью с богом (которой некоторые гордятся) психиатрия занимается. Это её сфера компетенции. А я сейчас не об этом…

Сегодня мы поговорим о религии как элементе политики. Дело в том, что духовная составляющая религии (вера) предполагает материальную основу в виде храмов, церковной организации и канонов. Эта материальная основа вмонтирована в политику, финансы, экономику, право и прочие феномены земного мира. Верить в Бога и не быть в церкви – невозможно. А нахождение в церкви, неизбежно предполагает участие верующего и в земных делах, которые, так или иначе, касаются церкви. Вот об этих земных делах Православной церкви я сегодня и буду говорить...

Насколько я понимаю, наши киевские и вашингтонские «партнёры» считают, что в случае начала на Украине религиозного конфликта Россия вынуждена будет вмешаться либо по давлением внутренних обстоятельств (миллионы прихожан РПЦ, в случае ущемления её прав на Украине будут требовать от властей реакции), либо поaд давлением внешнего фактора (религиозный конфликт на Украине рискует быстро вылиться в массовую резню православных, причём начиная с известных и знаковых фигур). Да и три русские лавры из пяти находятся на подвластной Киеву территории и могут быть показательно, не стесняясь жертв зачищены.

Несомненно, о. Зосима предвидел эти времена и предполагал, что его духовное чадо может сбиться с пути. В духовном завещании старец, повторимся, говорит: «Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси». Старец говорит как будто о своих, основанных им, двух монастырях, но каждый православный воспринимает эти слова как личное к нему обращение: «В случае отхода Украины от Москвы, какая бы ни была автокефалия, – беззаконная или «законная», – автоматически прерывать связь с Митрополитом Киевским. Никакие угрозы и проклятия не признавать, так как они не каноничные и беззаконные. Твердо стоять за каноны Русской Православной Церкви. В случае отпадения от единства Русской Православной Церкви, – правящего архиерея не существует, монастыри переходят в ставропигиальное управление, под омофор Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси… Если сие будет невозможно, то монастыри переходят под самостоятельное игуменское управление по подобию Валаамской обители начала ХХ столетия, находясь под видом светлых будущих времен единства Украины и России, которые, глубоко верю, неминуемо наступят, с чем и ухожу в жизнь вечную...»

Поступок киевского митрополита Владимира (к слову, практически не замеченный российскими СМИ) можно характеризовать как начало очередного раскола Русской Православной Церкви и последующего ухода Киева под власть Константинополя. Уход этот будет сначала политическим (по сути, он уже произошел) – логическим результатом «евроинтеграции». А его каноническое оформление станет лишь формальностью

Единственная гордыня Филофея — это праведность православной веры, поставленной у него выше всех других исповеданий. Но можно ли вообще найти религию не считающую себя единственно правильной и не пророчащей ада и душевной погибели всем инаковерующим? Религиозный мессианизм только тогда одиозен, когда сопровождается проповедью насильственного подчинения чужих верований. Этого у Филофея нет, и этим он выгодно отличается от тех же католиков, проповедовавших и практиковавших в XVI веке «Drang nach Osten». Когда он пишет Василию III: «Вся царства православным христианския веры снидошася в твое едино царство», то это означает последнее прибежище православия, а вовсе не всемирную империю

34-летний секретарь митрополита Александр Драбинко - знаковая фигура из «новых людей» в верхушке УПЦ МП. Этот молодой уроженец Галичины, используя труднообъяснимые личные симпатии митрополита, буквально ворвался в круг иерархов православной церкви Украины. Минувшим летом на внеочередном Архиерейском соборе он пытался получить пост Местоблюстителя Киевского митрополичьего престола – при еще живом владыке Владимире! Тогда не получилось, но сейчас де-факто именно секретарь Драбинко руководит Украинской православной церковью Московского патриархата. При этом открыто поддерживает лидеров «оранжевых» раскольников и сам неформально возглавляет националистическую группировку в Киевской митрополии, откровенно стремящуюся к отделению от Москвы.

Антиправославные и антирусские идеи разносят по всему свету главным образом украинцы-галичане. Они же заражают ими и украинцев из Великой Украины, но по существу ничего общего ни с Великой Украиной не имеют, ни с ее православным славянско-украинским народом. В этом галичане могли убедиться, когда устраивали на Украине свои директории, как шел за ними народ. Также видели они, что отобранные самостийниками у православных храмы оставались пустыми, потому что народ их не посещал. Также чужда украинскому народу галицийская церковная уния и вся галицийская культура, их искусственно созданный язык и утраченная ими славянская психология. Это ясно было видно и во время последней немецкой оккупации, и в Польше (правда, там в меньшей степени). Скорее украинский народ согласится на то, чтобы галичане создали свое самостоятельное государство — Галичину, чем на то, чтобы они правили на Украине».

Прихожане уважали и ценили бывшего униатского священника Алексия Товта, называли его ласково «батько». Благодаря его миссионерской деятельности только в одной Америке 250 000 униатов перешли в православие. Наблюдались многочисленные случаи православного крещения среди униатов Словакии под влиянием идей отца Алексия (который сам был родом из словацкого Прешова). Его переход в православие был обусловлен его ярким русским самосознанием, которое он сохранил, несмотря на своё словатское происхождение, и долгую жизнь в Америке. Дело унии он считал «духовным» ярмом на шее карпатороссов, которых таким образом отрывали от общерусского древа. За свои труды отец Алексий был канонизирован Православной Церковью в Америке.